Но Империя Терса-нова проигнорировала сигналы о помощи, обретя бесчисленное количество человек на мучительную гибель от перегрева и обезвоживания. Империя Терса-нова, единственное государство, уцелевшее этим Приходом, обладающее запасом ресурсов, которого хватит, наверное, еще не на одну эпоху…

— До границы с Империей около четырех с половиной сотен километров, — прикинул Кениц. Он достал порозовевший от пыли платок и вытер обветренное лицо. — Кто бы ни прилетел на геликоптере, он прилетел по делу.

Шламан Каций и не сомневался, что геликоптер прилетел по делу. Иначе и быть не может. Военно-воздушные силы Терсы-нова ни за что не погонят машину на такое расстояние без веских на то оснований.

Но он все равно не вернется. Нет уж, увольте. Кениц ошибся, определив расстояние до границ с Империей. Из той точки, где сейчас ехали всадники, по прямой было около двухсот восьмидесяти километров степи, затем еще пятьдесят километров буферной зоны — горного района, сдерживающего натиск пустыни. И лишь за горами начиналась Империя. Граница ее изгибалась вместе с грядой, входя длинным клином в степь, и этот клин караван вынужден обходить, делая крюк в без малого пять дней пути.

Император не позволил жителям Танта-Арстага сократить путь к Великому океану по территориям Терсы-нова. И это теперь есть вторая причина, по которой верховный жрец не намеревался возвращаться к шатру.

— Их дела подождут, — осипшим голосом ответил шламан.

Сын не стал возражать. Он вновь повернул голову вперед и продолжил молчаливое созерцание.

Степь огромным блюдом лежала вокруг. В колышущемся воздухе то и дело возникали странные видения, миражи, обусловленные истомленным разумом и преломлением солнечный лучей.